Сидя долгими ноябрьскими вечерами у печки, Грыц часто думает о всякой всячине. И одна из таких всячин — про понятие, которое, с точки зрения Грыца, есть, но его почему-то никак не называют в его кругах. Так как с трудами маститых генеалогов он не знаком, то вынужден сам придумывать термины. Может быть, общественность исправит или просто снисходительно прочитает.

Итак, граница генеалогического интереса (ГГИ, Граница Грыца).

Это про то, что в процессе знакомства с родословной наступает момент, когда «дальше не интересно». Про то, что, ощущая неподдельный интерес к возможности узнать про предков, почему-то на часть получившегося древа смотришь с равнодушием, особенно если изыскания проводил не сам. И граница эта не временная, а скорее пространственная.

Выглядит так, что у Грыца эта граница проходит по ассоциациям и вопросам. Есть ассоциация с человеком — есть интерес. Чем дольше с тобой живёт эта ассоциация или вопрос, тем лучше. Семейная легенда, памятник на кладбище, фотография — что угодно.

Выглядит так, что эту границу можно подвинуть. По крайней мере, вглубь. Например, сообщив человеку о том, что его пра(5)деда возом задавило. Пройдёт какое-то время, этот факт станет частью истории человека, и граница, вероятно, сдвинется.

А это значит, что грамотный генеалог должен уметь с этой границей работать, постоянно сдвигая её вглубь, чтобы клиент получал удовольствие от процесса. Модель «сдал деньги и быстро получил самый полный возможный результат» выглядит правильной, но не интересной.

И, может быть, то, что архивы отвечают не быстро (в разумных пределах), это тоже хорошо?